WordPress шаблоны скачать; прочитайте про создание сайта самостоятельно; изучите русский WordPress на WordPress API.

Это заголовок закрепленной записи 1

В админке WordPress на странице настроек темы вы можете настроить отображение данных постов. Не пытайтесь редактировать код слайдера вручную - см. админку!

Это заголовок закрепленной записи 2

В админке WordPress на странице настроек темы вы можете настроить отображение данных постов. Не пытайтесь редактировать код слайдера вручную - см. админку!

Это заголовок закрепленной записи 3

В админке WordPress на странице настроек темы вы можете настроить отображение данных постов. Не пытайтесь редактировать код слайдера вручную - см. админку!

Это заголовок закрепленной записи 4

В админке WordPress на странице настроек темы вы можете настроить отображение данных постов. Не пытайтесь редактировать код слайдера вручную - см. админку!

Это заголовок закрепленной записи 5

В админке WordPress на странице настроек темы вы можете настроить отображение данных постов. Не пытайтесь редактировать код слайдера вручную - см. админку!

 

Комментарии Дины Никуличевой к 10 заповедям Като Ломб. Заповедь седьмая

Готовые фразы, идиоматические выражения выписывай и запоминай в первом лице единственном числе. Например: “I am only pulling your leg” (Я тебя только дразню). Или: “Il m’a pose un lapin” (Он не пришел на назначенную встречу).

О важности усвоения готовых фраз и идиоматических выражений я подробно писала в своем комментарии к четвертой заповеди Като Ломб, опубликованном на этом сайте ранее.

Так что в нынешнем комментарии хочу особо остановиться на факторе “первого лица единственного числа”. Сразу обращу внимание на очевидную непоследовательность, содержащуюя в примерах самой Като. Вроде бы она категорически настаивает на первом лице, и , действительно, иллюстрирует это приводимым ею английским примером, но тут же без комментария приводит французский пример, где ставит подлежащее в форме третьего лица. Что это, недосмотр автора или редактора перевода, или же Като Ломб бессознательно почувствовала, что это действительно важное правило следует сформулировать несколько шире. Тогда как?

По моему мнению, речь здесь, на самом деле, идет о принципе обязательной “примерки” любого нового языкового материала “на себя”. Наблюдения над полиглотами показывают, что это универсальный принцип, не только активно использующийся ими как эффективный прием активизации только что выученной языковой информации, но и как мощнейший стимул и мотивация в изучении иностранных языков. Но об этом чуть позже.

Употребляя готовую фразу или идиоматическое выражение в первом лице, человек уже заранее “встраивает” его в будущую ситуацию своего общения, связывает со собственными целями, задачами, жизненными ситуациями. Такой подход был неотъемлемой частью стратегии изучения иностранных языков Генриха Шлимана. Как известно, Шлиман, обладавший прекрасной памятью, учил языки, заучивая наизусть большие отрывки оригинальных текстов, значение которых было ему знакомо по переводам. Но следующим обязательным этапом был выбор ключевых словосочетаний, фраз, конструкций из этих текстов и создание на их основе собственных текстов на вольную тему, непосредственно связанную с собственными интересами и задачами Шлимана.

Ключевым вопросом при отборе и активизации нового лексического и фразеологического материала для полиглота всегда является вопрос: “Где я скорее всего смогу употребить эту фразу?” Вот почему, ситуация, потенциально связанная с упреком за пропущенную встречу (Il m’a pose un lapin) для КатоЛомб бессознательно оформилась как относящаяся к третьему лицу, а ситуация веселого и напринужденного розыгрыша (I am only pulling your leg) – как связанная с первым лицом.

В русском языке есть прекрасный глагол, обозначающий глубокое понимание и прочное знание: “усвоить”. Но ведь внутренняя форма слова “усвоить” – значит “сделать своим”, то есть увидеть ситуацию из своих глаз, прочувствовать ее через свое “я”.

На моем семинаре есть упражнение, в котором участники интегрируют для себя самые разные техники запоминания слов, которые обсуждаются в ходе семинара. В ходе упражнения каждый отмечает, какие приемы оказываются для него наиболее действенными применительно к разным типам слов (слова короткие, длинные, простые, сложные, производные, предметные, абстрактные, обозначающие действия, состояния, эмоции, ощущения, слова с позитивным или негативным оттенком значения и т.п.) Общим выводом этого упражнения является то, что разные типы слов проще всего запоминать так, как соответствующие значения запоминаются на родном языке, например, если запоминаешь слово pleasure “удовольствие”, то , в первую очередь, вызови у себя, вспомни, прочувствуй ощущение удовольствия, а уж потом позволь себе на фоне этих сенсорных ассоциаций строить звуковые и событийные ассоциации, типа: “сейчас я чувствую удовольствие от того что лежу на пляжеWhat a pleasure! Кстати о методе ассоциативного запоминания. Сравнивая то, как строят ассоциации на одно и то же слово разные участники семинара, люди убеждаются, что совершенно бессмысленно для запоминания пользоваться списками слов с ассоциациями, придуманными за тебя другими. Слово по-настоящему усваивается только тогда, когда якорится на собственный опыт.

Один из очень эфективных способов “примерки на себя” языкового материала – это эмоциональное включение в действие, происходящее в фильмах, отбор и заучивание (обязательно интонированно окрашенное!) тех диалогов, которые особенно тебе понравились и которые содержат большое количество готовых идиоматических фраз, которые ты сможешь употреблять в типичных ситуациях. Например, мне очень запомнилось, как один из бывших участников семинара озвучивал нам диалог из заключительной части “Маугли”: (Балу и Багира наблюдают, как Маугли впервые встречает девушку)

– Forget about those, they are nothing but trouble!

Забудь о них (о девчонках), от них одни неприятности!

– Just a minute. I have never seen one before.

Погоди, я ведь еще ни одной не видел.

– So you have seen one. Let’s go!

Считай, что уже видел. Пошли!

– I’ll be right back. I want a better look!

Я мигом вернусь. Хочу разглядеть получше!

– Mowgli, wait a minute!

Маугли, подожди!
– Ahh, Baloo, let him have a better look.
Балу, да ну его! Пусть смотрит.

(Девушка поет и как бы невзначай роняет кувшин)

– She did that on purpose!

Она сделала это нарочно!

– Obviously.

Ясное дело!

– Mowgli, come back! … Go on! Go on! …. He is hooked.

Маугли, вернись…. Иди, иди! … Он попался.

– It was inevitable. The boy couldn’t help himself.

Это было неизбежно. Мальчик не мог ничего с собой поделать.

Вставая на место героя фильма, повторяя его реплики в его эмоциональном темпе и ритме человек как бы примеряет на себя “англоязычное ощущение” ситуации. Приучает смотреть на мир и реагировать в типовых ситуациях так, как это принято в англоязычной культуре. Со временем это и создает то, что в лингводидактике принято называть “формированием вторичной языковой личности”. Это не только цель по-настоящему глубокого изучения иностранных языков, но и сильнейшая мотивация, поскольку сам процесс создает навык, позволяющей в рамках одной человеческой жизни проживать множество существований в “разных языковых измерениях”.

Вот что говорит об этом полиглот Вилли Мельников: “Языки не являются для меня самоцелью. Каждый язык – живое существо, к которому нужен творческий подход. Чтобы считать язык выученным, я должен сочинять на нем, импровизировать. В медицине есть такое понятие – “синэргидное действие”. Это когда человеку вводят лекарства разного состава и разного способа действия. Каждое лекарство по отдельности – малоэффективно, но все вместе они спасают организм. Наверное, также и с языками, тем более, если учесть, что языки, во многом, это тоже лекарство, которым можно спастись”.

Дина Никуличева

Комментарии Дины Никуличевой к 10 заповедям Като Ломб. Заповедь шестая

Выучивать прочно стоит только то, что исправлено преподавателем. Не перечитывай собственных неисправленных упражнений: при многократном чтении текст запоминается невольно со всеми возможными ошибками. Если работаешь один, то выучивай только заведомо правильное.

Моделируя стратегии полиглотов, канадский психолог Мерилин Аткинсон выделяла четыре основных стадии, присутствующих в процессе изучения иностранных языков. Эти стадии она определяет как:

  1. стадия загрузки информации,
  2. стадия сохранения (запоминания) информации,
  3. стадия доступа к уже выученному,
  4. стадия перевода выученного в навык.

По ее наблюдениям, для всех полиглотов характерны некоторые общие поведенческие особенности в отношении каждой из названных стадий, что не исключает широкого разнообразия индивидуальных стратегий, связанного с особенностями личности конкретного индивида.

В шестой заповеди Като Ломб формулирует принцип, характерный для поведения всех полиглотов на стадии загрузки информации. Этот принцип можно коротко определить как высокую требовательность к качеству загружаемой языковой информации.

Известно, например, что Генрих Шлиман, выработавший для себя четкую стратегию изучения иностранных языков, начинал с заучивания наизусть больших кусков иноязычного художественного текста. (Работая один, он выучивал только заведомо правильное!) Затем он писал сочинение, не переписывая заученное, но создавая свой собственный текст на важную для себя тему, составляя его из готовых предложений, фраз и словосочетаний из выученного художественного текста. Даже будучи поначалу весьма ограниченным в средствах, Шлиман находил возможность нанимать, пусть не профессионального преподавателя, но кого-либо кто мог бы вычитывать его сочинения и исправлять ошибки. Только после этого Шлиман выучивал свой текст (то есть заучивал наизусть только то, что исправлено преподавателем).

То же самое касается и загрузки звучания. Я однажды наблюдала, как полиглот Сергей Григорьевич Халипов общался с двумя информантами, говорившими на одном из языков, относящихся к группе банту. Это был первый сеанс обучения этому языку, и Халипов задавал им вопросы, выясняя основные грамматические структуры их языка. Информанты называли некоторые ключевые слова и фразы, и первое, что делал Халипов – это повторял все, что слышал. При этом обращало на себя внимание то, что он повторял услышанное по нескольку раз, убеждаясь, что произносит правильно. Несколько раз я отмечала, что, хотя оба африканца удовлетворенно кивали, Халипов останавливался и просил: “Поправьте меня! Произнесите, пожалуйста, это еще раз!” и только после того, как убеждался, что теперь произносит правильно, прдолжал работу и начинал “играть” со вновь вводимой структурой, частично меняя ее лексическое наполнение.

На своем семинаре я провожу эксперимент по исследованию стратегий запоминания слов иностранного языка. В ходе этого эксперимента я неоднократно убеждалась в том, что, если человек на стадии загрузки повторяет впервые услышанное слово неправильно или произносит его неуверенно или нечетко, то при проверке запоминания слова та же неуверенность или сделанная на стадии загрузки ошибка будут воспроизводиться вновь и вновь. Вот почему принципиально важно не только четко услышать, как произносится новое слово, но сразу же громко и отчетливо повторить его, лучше несколько раз, осуществляя тем самым процесс аудиальной загрузки.

Сказанное имеет нейро-физиологическое объяснение. Усвоение новой информации – это всегда установление новых нейронных связей в мозгу. Если в момент загрузки первый “отпечаток” в памяти неверный, то он будет потом автоматически воспроизводиться, и понадобится гораздо больше усилий на то, чтобы потом “перезапоминать” правильно. Нейронная связь уже установлена, и “перезапоминание” – это всегда установление дополнительной и при том более сильной нейронной связи. Если же на стадии загрузки к запоминанию примешивалось ощущение неуверенносити : “кажется, так … или, может быть, так…”, то первое, что будет автоматически вспоминаться при попытке вспомнить слово – это именно состояние сомнения! Полиглоты эргономичны. Они знают, что легче сразу выучивать правильно, чем потом бесконечно переучивать. Как говориться, “measure thrice and cut once” – “семь раз отмерь, один раз отрежь”!

Дина Никуличева

Комментарии Дины Никуличевой к 10 заповедям Като Ломб. Заповедь пятая

Старайся мысленно переводить все, что только возможно: промелькнувшее рекламное табло, надпись на афише,обрывки случайно услышанных разговоров. Это всегда отдых, даже для уставшей головы.

Если все предыдущие заповеди Като Ломб я комментировала, развивая их примерами и проводя аналогии с тем, как другие полиглоты используют те же самые принципы в собственных стратегиях изучения иностранных языков, то относительно этого положения мне бы хотелось сделать одно существенное замечание: ГОВОРЯ на иностранном языке, мы НЕ ПЕРЕВОДИМ с родного! Идея заключается в том, чтобы передавать смысл сразу на иностранном языке, средствами этого языка, минуя структуры родного, которые иначе становятся источником многих ошибок.

Такие ошибки лингвисты называют интерференцией – искажением структур иностранного языка под влиянием родного. Так, проговаривая про себя русское предложение “Я – вижу, – что – он – идет”, мы в переводе на французский язык скорее выберем его точное соответствие, “Je vois qu’il vient”, где каждому русскому слову соответствует французское и слова идут в одинаковом порядке, чем не совпадающую с русской французскую конструкцию “Je le vois venir” (дословный перевод “Я его вижу идти”). В данном конкретном примере это не так страшно, потому что оба приведенные варианта реально существуют во французском языке. Другое дело, что при привычке говорить в режиме перевода с родного языка, возникает очень высокая вероятность создавать фразы в лучшем случае понятные, но совершенно неправильные с точки зрения иностранного языка. Так, например, при переводе известной рекомендации по безопасности “пристегните ремни” существует большой соблазн последовательно переводить слова “пристегните” и “ремни” , но реально языки предлагают свои варианты, напр. английский “fasten the seat belts” дословно “закрепите ремни сидений” или датский “spænd selerne” дословно “затяните стропы”, а вовсе не застегните “те ремни, которые держат брюки” – “bælterne”!

Что же из этого следует?

Именно то, о чем я писала в предыдущих коментариях – что фразы выучиваются в тексте, в реальных ситуациях общения как способы выражения определенных смыслов; именно тогда они соотносятся с этими смыслами напрямую без интерференции родного языка.

Но что тогда хотела сказать Като Ломб этой заповедью?

Мне представляется, что главная ее идея состоит в призыве к постоянным внутренним устным упражнениям и к постоянной проверке себя.

Не стоит забывать, что Като Ломб – профессиональная переводчица и что навык постоянной “боевой готовности” – способности с ходу перевести любую информацию – принадежит к числу специально тренируемых профессиональных умений.

Я преподаю на переводческом факультете и хочу подчеркнуть, что в МГЛУ занятия переводом начинаются не раньше третьего курса, даже если до поступления в университет ребята изучали данный иностранный язык много лет в школе. Только когда студенты наберут широкий арсенал языковых средств и проработают огромное количество различных речевых ситуаций и типов текстов на изучаемом языке, они начинают серьезно заниматься переводом. Вот тогда-то совет Като Ломб оказывается своевременным.

Например, конец рабочего дня в метро. Грохот, давка, хмурые лица. “Следующая станция Третьяковская. Выход справа”. В голове автоматически звучит перевод “Næste station er …. Udstigning til højre” – Это легко, в этой ситуации по-датски “выход” – это не “udgang”, как английское “exit” или французское “sortie”, а “udstigning”, дословно “выкарабкивание”. А как будет “Осторожно, двери закрываются”? – “Pas på dørerne”, дословно “следи за дверьми”, а как это по-английски? И в аудиальной памяти всплывает механический голос из лондонской подземки “Mind the gap! Mind the gap!” Но это скорее можно перевести как “Будьте осторожны у края платформы”, но ведь не “Sliding doors”! Хотя название этого фильма с Гвинет Пэлтроу в главной роли и перевели как “Осторожно, двери закрываются”. Может быть, “Mind the doors”? Надо проверить! И вот уже не замечаешь хмурых лиц и давки, дорога превращается в увлекательную игру и упражнение, потому что “это всегда отдых, даже для уставшей головы”!

Дина Никуличева

Комментарии Дины Никуличевой к 10 заповедям Като Ломб. Заповедь четвертая

Выписывай вне очереди и заучивай все “готовые фразы”, которые можно использовать в максимальном количестве случаев.

Из этой заповеди следует два вывода.

Первый – приоритетность той лексики, которую будешь использовать в максимальном количестве случаев, и второй – приоритетность заучивания готовых фраз.

В отношении этих принципов все полиглоты удивительно единодушны. В качестве иллюстрации приведу взгляды Эрика Гуннемарка, известного шведского полиглота, основателя международной ассоциации “Amici Linguarum”.

Изучив множество языков он пришел к выводу, что “активный минимум” необходимый для того, чтобы начать объясняться на чужом языке – это знание примерно 400 – 500 слов и 50-100 готовых фраз – “речевых штампов”. “Нужно заметить, что для того, чтобы объясняться и просто понять людей в чужой стране, на практике может понадобиться еще меньше слов и выражений.например, когда после путешествия в Венгрию я обработал свои “языковые заметки” (NB! – не могу удержаться и не обратить внимание на эту вскользь упомянутую, но совершенно замечательную стратегию полиглота – вести языковые записи во время пребывания в стране и потом возвращаться к ним и “обрабарывать”! ) , то выяснилось, что мне потребовалось меньше 200 слов и выражений в тех непростых ситуациях, когда я имел дело с людьми, которые не знали никакого другого языка, кроме венгерского. В других странах, например в Греции, мне удавалось обходиться 300 словами и выражениями” (Гуннемарк 2002, 21.).

Приведенное высказывание вовсе не значит, что полиглоты призывают ограничиться словарным минимумом в 500 слов, но для них принципиально важна стадиальность изучения лексики любого нового языка.

Сначала полиглот отбирает 400-500 максимльно употребимых слов. По наблюдению Гуннемарка, их список универсален, и, зная его на одном языке, он легко определяяет, какие слова отбирать для приоритетного изучения в каждом новом языке. Речь идет об уровне А с “базовым словарным запасом”, которого достаточно, чтобы покрыть примерно 90% всех словоупотреблений при повседневном устном общении или около 70 % несложного письменного текста.

Следующая цель – уровень Б с минимальным словарным запасом в 800-1000 слов и 200 выражений. Их достаточно, чтобы покрыть примерно 95% всех словоупотреблений при повседневном устном общении и или около 80-85% письменного текста.

Средний словарный запас в 1500-2000 слов и выражений соответствует уровню В по Гуннемарку. Их достаточно чтобы покрыть до 100% словоупотреблений в повседневном устном общении и до 90% письменного текста.

На максимальном уровне словарный запас составляет до 8000 слов. Он обеспечивает полноценное общение в любых условиях.

Такой подход очень напоминает те три уровня изучения иностранного языка – допороговый А, пороговый В и послепороговый С, о которых я рассказываю на своих семинарах.

Цель общения на допороговом уровне – уметь общаться в простых типичных ситуациях в рамках знакомых тем и видов деятельности, используя простые фразы и предложения. Это то, что Гуннемарк относит к уровню А.

Уровни Б и В по Гуннемарку соответствуют пороговой стадии в говорении на иностраннном языке. В моей классификации они соответствуют уровням В1 и В2.

Стадия С в моей классификации отражает тот уровень говорения, который соответствует абсолютно свободному владению иностранным языком.

Ниже я предлагаю таблицу, которая поможет свести воедино требования к уровню говорения на иностранном языке и объему активного словарного запаса.

Уровни А B1 B2 C
Цели
говорения
Уметь
общаться в простых типичных ситуациях в рамках знакомых тем
и видов деятельности, используя простые фразы и предложения.
Уметь
общаться в большинстве ситуаций во время пребывания в стране
изучаемого языка. Уметь кратко и связно обосновывать свои взгляды
и намерения, изложить сюжет книги или фильма и выразить свое
отношение.
Уметь
понятно и обстоятельно высказываться по широкому кругу интересующих
меня вопросов, принимать активное участие в дискуссиях, обосновывать
и отстаивать свою точку зрения.
Свободно
участвовать в любом разговоре и дискуссиии. Владеть разнообразными
идиоматическими и разговорными выражениями, выражать любые оттенки
значения, бегло и свободно аргументировать высказывания, используя
соответствующие средства в зависимости от ситуации.
Объем
словаря
400-500
слов и 100 выражений.
800-1000
слов и 200 выражений
1500-2000
слов и 300 выражений
8000 слов и выражений

Итак, 500 слов и выражений, составляющих “базовый словарный запас” Э.Гуннемарк называет “центральными” и подчеркивает, что “они должны приходить в голову и слетать с языка совершенно автоматически”. Типичная позиция полиглота проявляется в требовании к качеству “загрузки” нового языкового материала: “Лучше выучить одно слово хорошо, чем несколько слов плохо”. Исходя из этого, Гуннемарк советует на начальном этапе включать в базовый список по одному слову на каждое понятие, то есть считает, что изучение синонимов, необходимое для свободного владения письменной речью, преждевременно на низших уровнях: “принцип экономии слов должен здесь соблюдаться неукоснительно” (Гуннемарк 2002, 55)

Для запоминания эти базовые слова организуются в тематические группы, например, время time : день – day, ночь – night, утро – morning, вечер – evening, час – hour , неделя – week, месяц – month, год – year, раз – time (в первый раз – for the first time, как-то раз – once,), весна – spring , лето – summer, осень – autumn, зима – winter, понедельник – Monday и т.д. В качестве примера можно также привести особую тематическую группу центральных слов-клише, представленную типичными вывесками, с которыми обязательно сталкиваешься в любой стране мира:

русский английский шведский немецкий французский
открыто open oppet offen ouvert
закрыто closed stangt geschlossen ferme
туалет toilet toalett toilette toilette
женский ladies damer damen dames
мужской gentlemen herrar herren messieurs
свободно vacant ledigt frei libre
занято engaged upptaget besetzt occupe
вход entrance ingang eingang entree
выход exit utgang ausgang sortie
прибытие arrival ankomst ankunft arrivee
отправление departure avgang abfahrt depart

Переходя к обсуждению заучивания “готовых фраз”, хочу подчеркнуть, что на начальном этапе речь идет не о заучивании идиом (красочных пословиц и поговорок), а именно о повседневных клишированных выражениях, регулярно возникающих в бытовом общении.

По поводу идиом Эрик Гуннемарк высказывает следующее, на мой взгляд, совершенно справедливое соображение: “Пользоваться идиоматикой нужно очень осторожно. Многие иностранцы, говоря с англичанами во время сильного дождя используют хорошо запоминающееся выражение “it’s raining cats and dogs”. Еще бы – ведь дословно оно значит, что “[капли] дождя размером с кошку или собаку”. Это звучит довольно смешно, особенно если употребляется часто. Сами же англичане совсем не имеют обыкновения выражаться так красочно. Скорее всего они скажут что-нибудь вроде “it’s raining hard” или “it’s raining heavily”. (Гуннемарк 2002, 91)

Когда жа речь идет о сотне наиболее употребительных клише (такой список Эрик Гуннемарк называет “минифразом”), то это устойчивые выражения типа:

Простите за беспокойство – Sorry to bother you, but……
Ничего страшного – No problem!
Который час ? – Половина второго – What’s the time? – Half past one.
Да ну? – Really?
Достаточно – That’s enough.
Минутку! – Just a moment!
Можно (мне) еще чашку чая? – Could I have another cup of tea?
Передайте привет вашим родителям – Give my regards to your parents
Успехов вам! – Good luck!

Ниже я предлагаю
Основные принципы заучивания готовых фраз:

1. При отборе полезных готовых фраз исходим из того, какие стандартные фразы мы постоянно употребляем в родном языке и целенаправленно ищем их ситуативные соответствия (NB! ни в коем случае не дословный перевод!!!) в соответствующих текстах на изучаемом языке.

2. Для каждой типовой ситуации на первом этапе запоминаем только одно выражение, зато так, чтобы употреблять его в нужный момент абсолютно автоматически.

3. Для начала стараемся избегать длинных выражений, содержащих более 3-4 слов. Но если их нельзя избежать, то затрачиваем столько времени и усилий, сколько нужно для того, чтобы довести эти выражения до автоматизма.

4. Стараемся заучивать выражения в аудиальном режиме, то есть так, чтобы слышать его ритмико-интонационый звучание и уметь воспроизводить его в максимально быстром темпе.

5. Стараемся употреблять выражения как можно чаще. Выписываем их на листок и носим с собой, чтобы повторить так часто, как только можно до достижения полного автоматизма.

Дина Никуличева

Комментарии Дины Никуличевой к 10 заповедям Като Ломб. Заповедь третья

Никогда не зубри, не заучивай ничего по отдельности в отрыве от контекста

В отличие от всех предыдущих и последующих тезисов Като Ломб это совсем короткое и – в силу своей лаконичности – особенно категоричное предписание. Вместе с тем, оно позволяет задаться целым рядом важных для изучения иностранных языков вопросов.

  • Как заучивать не зубря и что такое, собственно, зубрежка?
  • Надо ли вообще заучивать наизусть?
  • Как заучивать не “по отдельности”?
  • Как можно наиболее эффективно использовать контекст?

Давайте подумаем об этом вместе. Во-первых, что собственно значит “зубрить” в отличие от “выучивать”? Толковый словарь русского языка дает определение “бессмысленно, без отчетливого понимания заучивать наизусть” и тут же приводит самый, что ни на есть, подходящий к нашей теме пример из А.К.Толстого: “долбил предлоги и зубрил исправно, какого каждый просит падежа”. (Вспомним, например, что немецкие предлоги durch, gegen, entlang, fur, ohne, um всегда требуют Аккузатива, а предлоги aus, auser, bei, gegenuber, mit, nach, von, zu – Датива). Английское определение понятия “to cram”, схожего с русским “зубрить”, звучит так: “to fill the head with facts (without serious study)” – “забивать голову фактами (от первого значения to cram “to make too full, push too much into” – “набивать, наталкивать слишком много чего-либо”). То есть помимо явно негативного оттенка значения, в определении зубрежки в обоих языках подчеркивается отсутствие осмысления, понимания, а, кроме того, для английского понятия важно еще и то, что объем запоминаемой информации неуместно велик, и еще то, что это не любая информация, а “факты”. К “фактам” мы вернемся чуть позже.

“Выучить” же определяется как “уча, запомнить”. По сути, любой процесс обучения имеет своей целью запоминание. По-настоящему выучить – значит перевести изучаемое в бессознательный навык, сделать его элементом неосознанной компетенции.

Что же такое тогда это отличающее зубрежку от выучивания “отчетливое понимание”?

Осмелюсь предложить собственное видение: выучивание – это введение новых знаний в контекст, понимаемый в широком смысле слова.

Ведь заучивание – это в любом случае работа мозга, на нейрофизиологическом уровне – установление новых нейронных связей. Ученые подсчитали, что кора головного мозга, где сосредоточены функции мышления, интеллекта, целесообразного поведения и языка, содержит от 12 до 15 миллиардов нейронов, способных взаимодействовать друг с другом, посылая колебательные сигналы через отростки, называемые дендритами. При первом усвоении информации образуется особое белковое соединение дендритов, которое становится все более устойчивым при повторном обращении к данной информации. Чем больше нейронных связей привлечено, тем в более широкий внутренний контекст мы помещаем новое знание, тем легче потом вспоминается нужная нам информация.

Запоминание без зубрежки – это всегда якорение на интерес. Но для разных типов людей сферы наиболее естественного якорения могут различаться. В общем виде их можно определить как визуальную, ритмико-акустическую, эмоциональную и логическую.

Заучивание наизусть легче всего дается людям с сильно развитыми визуальными стратегиями. Блистательным примером может служить Генрих Шлиман . Вместе с тем, моделирование и других полиглотов показало, что все они стремятся выучивать новое слово не отдельно, а в составе более крупного языкового блока – “слово в контексте” по Като Ломб. Заучивание крупных блоков позволяет избежать массы ошибок, навязанных влиянием сочетаемости слов на родном языке и вредной привычкой говорения на иностранном языке переводя с родного. Ведь, только встретив слово в англоязычном контексте, можно, анпример, запомнить, что русскому сочетанию “правильные черты лица”, соответствует английское “regular features”, а вовсе не “*correct ….”, или что, если русский человек “уверен в себе”, то англичанин “is confident of himself”.

В своей преподавательской практике я не раз сталкивалась со студентами, для которых гораздо легче было выучить пару страниц текста наизусть, чем пересказывать его своими словами. Причем обычно это весьма способные к иностранным языкам люди. Обязательным требованием к ним является “натурализация выученного” – то что делал Шлиман, непременно писавший сочинение на вольную тему на основании того весьма крупного отрывка из оригинального произведения, который он предварительно выучивал наизусть. Усвоив блоки иностранного текста, он затем вводил их в свой внутренний контекст, создавая собственные повествования на актуальные для него темы.

Для других людей чрезвычайно важно якорение на эмоциональный контекст. Один из участников моих семинаров Женя Соловьев выработал собственную стратегию погружения, которую он называет “стратегия фильмоглота”. Он помногу раз смотрит любимые фильмы, вырезая на СD особо понравившиеся сцены. Разбирает каждое незнакомое слово, а затем преображается в одного из героев, проживая эту сцену вместе с ним. Он ничего не учит наизусть специально. Огромные куски текста запоминаются сами – как единый внутренний образ ситуации – в единстве сюжетного напряжения, эмоциональной окрашенности, ритмико-интонационного рисунка и чисто физического ощущения существования в виртуальной среде фильма – в его контексте.

Думаю, что нечто подобное, но созданное на основании собственной индивидуальности и собственных интересов, прослеживается в замечательной методике украинского полиглота В.А.Куринского, названной им “Автодидактика”. Он воспринимает каждый язык как незаконченную поэму. Поэтому для него очень важно чтение поэзии – Рильке, Бодлера, Колриджа, Шекспира – медленное чтение вслух с глубоким “диахроническим ассоциированием” и с ощущением индивидуальной и неповторимой для каждого языка гармонии в движениях речевого аппарата. В режиме такого “мыслечувствования”, как это называет В.А.Куринский, запоминание проходит само собой.

“Мыслить, запоминая, и понимать, что обязательно запомнишь, если тебе будет интересно”, – эти слова В.А. Куринского могли бы стать эпиграфом к моему комментарию в целом. Но одновременно они подводят нас к обсуждению роли логического аспекта запоминания. Мыслить, запоминая – это, кроме всего прочего, значит сопоставлять: “Где еще мне встречалось это слово, это выражение? В каких других запомнившихся мне контекстах была употреблена эта форма?” или “Какие синонимы этого слова я знаю?”, “Чем сфера употребления этого слова отличается от знакомых мне близких по значению слов?”, “Какие слова антонимичны этому и в каких контекстах?”.

Куринский вводит для себя также внешний контекст: “Как передается это значение на других известных мне языках?” – и рекомендует заучивать слова на трех языках одновременно.

Рекомендация “мыслить запоминая” не противоречит таким обсуждаемым мною на семинаре техникам, которые основаны на ритмическом повторении с убыстрением и направлены на автоматизацию “грамматических фактов”. (См. статью о “фактах”, “моделях” и “вариантах” в грамматике). Ведь, чтобы запоминать неправильные глаголы как ритмико-акустические клише, надо сначала провести их сопоставление, выявить для себя различия в типах чередований, то есть в любом случае произвести некоторую мыслительную работу по введению запоминаемого во внутренний контекст.

Особо скажу о мнемонических приемах запоминания лексики. Вроде бы это изолированное запоминание слова вне контекста. На семинаре я им обязательно обучаю. Но подчеркиваю, что это всегда шаг №2. Мнемонические приемы запоминания слова действительно эффективны, как дополнительные нейронные связи, когда уже известна сфера употребления этого слова, его сочетаемость, а это наиболее естественным способом задается контекстом, где вы это слово встретили.

В реальной ситуации изучения иностранных языков новые слова легче всего набираются из интересных вам книг, любимых фильмов, песен, которые нам приятно слушать и петь, значимых реплик в живом общении. Именно тогда нам действительно ХОЧЕТСЯ узнать и запомнить новое слово или новое значение. Кстати, часто вне контекста просто не узнать нового значения давно знакомых слов. Например, не надо ничего учить, достаточно просто раз увидеть эпизод из мультфильма “Little mermaid”, где чайка приложила голову к пятке выброшенного на берег принца, и, не слыша сердцебиения, в отчаянии восклицает: I can’t make out the heartbeat! – чтобы запомнить это новое значение старого знакомого глагола to make в сочетании с частицей out – “разобрать”, “различить”, “расслышать” .

Заучивайте на живом интересе, играйте в то, что вы хотите запомнить, вводите это в актуальный для вас контекст, вспоминайте те контексты или ситуации, где вам раньше встречались подобные выражения, сравнивайте и сопоставляйте с тем что вы выучили до сих пор, то есть в любом случае займите активную позицию, по отношению к тому, что вы хотите выучить – мыслите, запоминая, вводите в контекст – и все запомнится само собой!

Дина Никуличева